омиссара в
подробности.  Уже  поднимаясь на  лифте,  он  решил  рассказать шефу  все,
конечно, в разумных пределах. О Баркаше, например, лучше пока умолчать...
     Долго смотрел на Макса комиссар,  когда тот закончил рассказ.  Каждый
думал  о  своем.   Брин  -   что  его  любимец  Карти  связался  с  тайной
международной организацией.  Связался на  свою голову.  Инспектор же ждал,
что комиссар опять предложит какой-нибудь компромисс.
     - Да,  мой мальчик,  много ты накопал,  -  проговорил наконец Брин. -
Причем того самого, чего лучше бы не касаться. Начнем с "Всемирной элиты".
Это не партия,  не союз, а своеобразная масонская ложа, объединяющая людей
из разных государств -  самых правых финансовых воротил, тех, кого принято
называть       представителями       военно-промышленного       комплекса,
нефтепромышленников,  производителей энергии и их ставленников. Они, идя к
своим целям,  не брезгуют ничем; ни подлостью, ни преступлением... Когда я
с  ними в  свое время столкнулся,  компьютеров у  них  еще  не  было.  Они
действовали примитивнее:  подкупами,  лестью, угрозами... А сейчас их люди
везде - даже в полиции, в правительствах...
     Макс хотел возразить, но комиссар перебил его:
     - Знаю,   что  ты  хочешь  сказать.   Но  будь  предельно  осторожен.
"Мерседес" был только предостережением.  Вероятно, Фредерик Арно добился в
своих экспериментах положительных результатов. Иначе... он остался бы жив.
     - Сегодня  я  должен  увидеться с  человеком,  который знаком  с  его
опытами. И нужно разыскать этого Шарца...
     - Шарца пока не трогай, оставь его мне. А что доложить начальству?
     - Я буду работать пять дней, не больше.
     - Почему именно пять?
     - Пять дней -  крайний срок,  - замялся Карти. - Понимаете, вскрывать
Арно  я  не  разрешил.  Но  через пять  дней мозговое прослушивание станет
бесполезным.
     - Ах, так вот что ты задумал! - удивился Брин. - Но ты же знаешь, что
разрешение  выдается  только  в  крайних  случаях.  Тебе  этого  н