продолжительного,  но  неловкого  молчания  он
обратился к женщине, которая успела  уже  несколько  оправиться,  и  выразил
готовность продолжать свой путь. Почтенная  матрона,  собравшись  с  силами,
медленно выпрямилась на стуле  и,  ни  на  секунду  не  отрывая  взгляда  от
незнакомца, дрожащим  голосом  приказала  своему  сыну  показать  дорогу  на
Тремонт-стрит. Долгий опыт научил ее, как видно, справляться с сыном,  когда
он заупрямится, а на сей раз волнение сделало ее тон таким грозным, что Джэб
беспрекословно  встал  и  приготовился  выполнить  приказ.  Все   испытывали
некоторое замешательство, и молодой офицер уже намеревался покинуть комнату,
ограничившись безмолвным, хотя и учтивым поклоном, но  незнакомец  продолжал
неподвижно стоять в дверях, преграждая ему путь.
   - Прошу вас, пойдемте, сударь, - сказал молодой офицер. - Время  позднее,
и вам тоже, вероятно, потребуется провожатый до вашего дома.
   - Мне улицы Бостона хорошо знакомы, - возразил старик. - Как отец смотрит
на своего возмужавшего сына, так  смотрел  я  сегодня  на  этот  разросшийся
город, и любовь моя к нему равна отцовской любви. Для  меня  довольно  того,
что я енота вернулся сюда, в  этот  город,  который  ценит  свободу  превыше
всего, а под какой крышей приклоню я голову, не имеет значения, и этот приют
ничуть не хуже всякого другого.
   - Этот! - воскликнул офицер, окидывая взглядом убогое жилище. - Да ведь в
этом помещении вы найдете еще меньше удобств, чем  на  корабле,  который  мы
только что покинули!
   - Мне он подходит, - ответил незнакомец, хладнокровно усаживаясь на  стул
и с решительным видом кладя возле себя узелок. - Ступайте в  ваш  дворец  на
Тремонт-стрит. Я сам позабочусь о том, чтобы мы с вами свиделись снова.
   Молодой офицер успел уже достаточно хорошо изучить нрав своего спутника и
не стал возражать.  Отвесив  низкий  поклон,  он  покинул  каморку,  оставив
старика, в задумчивости склонившегося головой на свою трость,  и  пораженную
хозяйку, с изумлением и