ак и при отправлении. Они
бежали со скоростью шесть  лье[41] в час, и ни одна не  отстала и
не опередила других.  Не зная, как  сделать выбор,  капитан решил не обижать
торговцев и купить у каждого по пяти собак.
     Таким образом, на борт "Галлии" привели тридцать животных Там они очень
скоро  освоились, тем  более что их хорошо накормили.  Особенно усердствовал
Плюмован упрашивая де Амбрие позволить ему заботиться о четвероногих друзьях
и  выучить  их  французскому  языку,   за  что  получил  прозвище  собачьего
капитана...
     Два дня  спустя, 23  мая, "Галлия"  вышла из  Юлианехоба, где простояла
десять  дней. Лоцман  Игаллико  уговаривал капитана задержаться из-за мороза
еще, но тот был непреклонен.
     Уже через сутки  опасения эскимоса подтвердились. Над экипажем  нависла
опасность. Перед матросами открылся новый, совершенно незнакомый мир.
     Со всех сторон  на корабль надвигаются льдины.  С оглушительным треском
громоздясь  друг на друга, они  грозятся  раздавить "Галлию". Кажется, будто
сама  природа хочет  сокрушить  единственное  в  студеном море творение  рук
человеческих -- парусник, осмелившийся войти в царство льдов.
     Плыть приходится все время в тумане. Но когда под порывами южного ветра
он  исчезает, можно наблюдать игру самых  разнообразных  красок. Вся команда
зорко следит за льдинами, отталкивает их баграми.
     И все же судно  то и дело наскакивает на огромные глыбы -- их основание
скрыто под водой, а вершины не видно в тумане. "Галлия" вздрагивает,  на миг
останавливается и плывет дальше. Все, что есть на борту, плотно укреплено на
тот случай, если придется идти на таран.
     Капитан  был полон решимости продолжать путь, и команда, глядя на него,
не  падала духом. Присущая французам  веселость помогла им  в  самых трудных
обстоятельствах. Плывя по каналу,  где один  берег представлял собой ледяную
равнину  и  по-гренландски  назывался  "флой",  а  второй  --  беспорядочное
нагромождение  льдин под названием  "нак", морские волки шут