особу, отца которой я когда-то знавал? Кстати, когда он стал
губернатором, мы возобновили это знакомство - насколько позволяла
политическая обстановка.
  - Если мне будет позволено высказать сво„ мнение, сеньор, репутация
молодой особы ни в коем случае не может пострадать от пребывания в вашем
доме.
  - Ты меня оскорбляешь, щенок. Ладно, посиди здесь - я напишу ей. Затем
отнес„шь ей приглашение. Она, конечно, путешествует с прислугой?
  - Она путешествует с двумя узелками. Эти англичанки очень самостоятельны.
  - Понимаю. В молодости я тоже был... самостоятелен. Да и у тебя, как я
заметил, самостоятельности хватает. Постарайся, однако, вернуться до
темноты - иначе я буду волноваться.


                                  * * *


  Диего было о ч„м подумать, когда он шел в нижнюю, портовую, часть города.
Хотя дон Иларио фактически не сказал Диего ничего, что противоречило бы
привычным представлениям, он был озадачен новой для него мыслью, что всем
известная печальная история его рождения - не более чем устраивающая семью
официальная версия. Он был рожд„н через девять месяцев после того, как
Картахена была захвачена и разграблена нечестивыми французскими и
английскими пиратами, ведомыми проклятым Богом бароном де Риваролем, и его
матушка сполна заплатила цену за возможность спасти священные церковные
реликвии. Разумеется, вслух все восхищались самопожертвованием
благочестивой доньи Марии. Разумеется также, что матушка так и не вышла
замуж и жила на средства, из жалости выделяемые семь„й. Диего же, будучи
незаконным сыном безродного авантюриста, упрямо считал себя настоящим
идальго - и в кровь дрался с каждым мальчишкой, позволившим себе в этом
усомниться.
  Сама же донья Мария каждое воскресенье, надев сво„ лучшее платье,
отправлялась в церковь - "чтобы вознести хвалу Господу, Который, в Сво„м
могуществе, ниспослал ей все эти испытания", как она говорила. Одним из
этих испытаний был, видимо, сам Диего. Мальчику впервые пришло в голову,
что брак матушки с доном Эстебаном