и,  что  скажет
Токоренко.
     Последний,  наконец, повернулся к присутствующим и негромко, растягивая
слова, произнес:
     -- Да-а-а... Светлов, Светлов...
     --  Надо же,  в такую  историю влип,  --  покачивая  пышной  шевелюрой,
неожиданно сказал Николай и вопросительно посмотрел на Токоренко.
     --  Говорите,  в историю?! --  с  какой-то  озабоченностью  откликнулся
полковник. И медленно добавил:
     -- Наверное, вы правы. Только  не  влип в историю, а  вошел в  историю.
Знаете,  что сейчас  происходит в Москве  и  Нью-Йорке, Вашингтоне, Лондоне,
Пекине,  Дели,  Триполи,  других городах планеты?  Не  знаете? Так  я скажу.
Тысячи, сотни тысяч людей хотят знать, кто такой Светлов. Куда он полетел, с
кем  и  с какой целью? А  кое-кто обвиняет  нас в  сговоре с пришельцами  из
космоса.  Вот такие-то дела, --  как бы подвел итог Токоренко, а потом вновь
заговорил:
     --  Что   касается  Вас,  Николай  Иванович,  то  вам  придется  срочно
отправляться  в столицу  для объяснений.  Там  повторите  кому  следует свой
рассказ. Более  того, видимо, придется выступать и перед журналистами разных
стран,  причем не только в Москве. Так что,  как  видите,  история  и вас не
обошла стороной. Готовьтесь. Кстати, хочу задать вам вопрос, так сказать, из
серии журналистских. Вы близко знаете Светлова?
     --  Мы  были  друзьями,  вместе  учились  в школе,  потом в  Бауманском
училище.
     --  Тогда скажите, что  особенного в Светлове?  Что  выделяет его среди
других?
     -- Не знаю даже, что и ответить вам.
     На  несколько  мгновений  Николай  задумался,  а  затем  стал  медленно
формулировать свою мысль:
     -- Во-первых,  Светлов исключительно талантлив, если не сказать больше,
что он гений. Но для меня, например, не это главное. Он  очень любил жизнь и
был чрезвычайно  добрым  человеком.  А  во-вторых, он  был  просто  красивым
человеком,  не  только  внешне,  но и  внутренне. После общения с  ним,  так
говорят почти все, у людей появлялось дополнительное желание