лся к товарищам. Он обвел взглядом  зал
и убедился, что незнакомка исчезла.
   Северин - спокойный и невозмутимый - стоял, где и прежде, и казалось  -
за все время танца не сдвинулся с места.
   - Не танцевал?
   - Нет.
   - Может быть, ты знаешь заклинания против местных пламенных особ?
   - Все очень просто, - принялся объяснять Северин. - На первых  балах  я
регулярно наступал партнершам на ноги. А при моем весе это чревато. Теперь
они  мне  только  делают  глазки  с   безопасного   расстояния.   Инстинкт
самосохранения срабатывает.
   К выходу их провожал сам Первый Доверенный. Он, как всегда,  был  очень
мил и любезен.
   - Вот видите, - ворковал он на ухо  Посланнику.  -  Все  и  устроилось.
Никто больше не обижает. А вы санкциями  угрожали,  хотели  нам  сократить
поставки  мю-мезонного  катализатора.  Я  все  знаю.  Но  ведь  знания   и
технологии существуют для того, чтобы ими делиться с друзьями. Не для того
зажигают свечу, чтобы ставить ее под сосуд. Огонь знаний...
   - Огонь! - желчно отозвался Михаил Семенович. - Он и освещать может,  и
еретиков сжигать может.
   - Каких  еретиков?  -  всполошился  Первый  Доверенный.  -  Снова  меня
оболгали! Какие могут быть еретики в наш просвещенный век?!
   - Оставьте, - устало запротестовал Посланник. - Вы  же  знаете,  что  я
ничего голословно не  утверждаю.  Ко  мне  поступила  информация,  что  вы
развернули кампанию по выявлению среди населения Фирболгии так называемого
генного духа.
   Первый Доверенный вобрал голову в плечи и,  не  удержавшись,  метнул  в
Посланника испепеляющий взгляд. Но тут же  взял  себя  в  руки  и,  сделав
обнимающий жест, хрипло произнес:
   - Мы все о делах да о делах говорим. А какая погода стоит!
   Даже неискушенному в дипломатических вывертах Владимиру стало ясно, что
Первое Доверенное Лицо тянет время, чтобы собраться с мыслями.
   Однако вид, открывающийся со  ступенек  дворца,  был  и  в  самом  деле
очарователен.
   Над темной массой деревьев разгоралось оранжевое  зарево,