законов страны. Вернись осторожно туда... к рабам... где  ты
всегда... Завтра я позову тебя.
   И вдруг, отшатнувшись, она закрыла лицо руками. Я медленно пошел прочь,
прошел через Звездную залу во второй этаж, потом в нижний. Никто  меня  не
видал. Я перешел твердым шагом, не наклоняясь, через поляну и вернулся  ко
входу в залу Рабов. Сторож-лэтей спал по-прежнему.
   Скоро я был снова среди рабов. Толпа дико ликовала  вокруг  принесенной
водки. Увидя на мне плащ лэтея,  все  пришли  в  бешеный  восторг.  Пьяный
Итчуу, шатаясь, подошел ко мне.
   - Учитель, - сказал он умиленно, - ты прав... ты совсем прав... Лэтеи -
люди... Но ведь и ты человек, учитель...
   И он начал хохотать бессмысленным смехом.



10

   На другой день утром, когда я уже работал в кокосовом  лесу,  к  нашему
надсмотрщику подошел посланный раб.  Он  стал  на  колени  и  показал  ему
красиво сработанный браслет.
   - Господин, я от царевны, - сказал он, - она хочет, чтобы ты прислал  к
ней того раба, который у нас недавно, с белой кожей.
   Наш надсмотрщик почтительно поцеловал браслет, поманил меня  пальцем  и
грубо приказал мне идти за посланником. Я повиновался молча.  Так  странно
было мне идти свободно по широкой дороге, среди работающих рабов.  По  той
же лестнице, где я прошел вчера, мы поднялись во  второй  этаж.  Если  нам
встречались лэтеи, проводник мой падал  на  колени,  я  делал  то  же.  Из
Круглой залы в третий этаж оказалась еще вторая лестница, узкая и  темная,
совершенная нора, нарочно сделанная для рабов. Она вывела нас в  небольшую
комнату, служившую царевне как бы прихожей.
   - Подождем, - угрюмо сказал мой вожак.
   Я спросил его, кто он, раб ли самой царевны, но он не ответил. Скоро из
комнаты царевны выбежали две молоденькие рабыни,  увидали  меня,  закачали
головами и снова убежали. Вернулись они с тазом из цельной яшмы  с  теплой
водой и, хохоча, начали меня отмывать. Я втайне был очень рад этому. Потом
на меня накинули  особый  короткий  "полурабский"  плащ,  так