шло на пользу только рису. Так что почти все мы знали, что Ной видит в нас
лишь потенциальные обеды на двух, четырех или скольких  там  еще  ногах.  Не
сейчас, так после; не мы, так наше потомство. Сами понимаете, это не слишком
приятное  чувство. На Ноевом ковчеге царила атмосфера паранойи и страха. Кто
окажется следующим? Сегодня не понравишься жене Хама, а  завтра  вечером  из
тебя  сделают  фрикасе.  Такая неопределенность может вызвать самые странные
поступки. Помню, как у борта поймали  пару  леммингов,--  они  сказали,  что
хотят покончить с этим раз и навсегда, они не могут вынести ожидания. Но Сим
успел вовремя изловить их и запер в ящике из-под какого-то груза. С тех пор,
борясь со скукой, он частенько отодвигал крышку и помахивал над ними большим
ножом.  Просто  шутил. Но я был бы очень удивлен, если б это не травмировало
целый вид.
     И конечно же, после  Потопа  Бог  узаконил  Ноевы  обеденные  права.  В
награду  за  покорство Ною было дозволено до скончания века есть тех из нас,
кого душа пожелает. Все это было частью некоего пакта  или  завета,  который
они состряпали на пару. Довольно бессмысленный контракт, по моему разумению.
В  конце  концов, стерев с лица земли всех прочих, Бог должен был худо-бедно
ладить с единственной оставшейся семьей, правда? Не мог же он  сказать:  вы,
мол, тоже никуда не годитесь. Ной, вероятно, понимал, что загнал Бога в угол
(ведь  устроить  Потоп,  а  затем  быть  вынужденным  угробить  свое  Первое
Семейство значило бы потерпеть полное поражение), и мы считаем, что он ел бы
нас в любом случае, независимо от  договоренности.  В  этом  так  называемом
завете  не было ничего, нас касающегося,-- кроме нашего смертного приговора.
О да, нам кинули одну крошечную подачку: Ною и компании не ведено было  есть
стельных  самок.  Лазейка,  которая породила бурную нездоровую активность на
Ковчеге, севшем на  мель,  и  привела  также  к  любопытным  психологическим
побочным  эффектам.  Вы никогда не задумывались о происхождении ис