атило чувство нереальности происходящего.  Я  словно  входил  в  свой
собственный сон - в мир слов без звуков, неестественного пространства, в
мир зыбкого марева,  где ничему не  удивляешься,  что бы  ни  случилось.
Глухо, редко залаял за плотным рядом кустов большой пес, пока я давил на
кнопку звонка у  входа.  Наконец,  показался на  крыльце и  сам хозяин -
большой,  тяжелый,  и при этом,  как казалось, всегда готовый к быстрому
хищному движению. Он закрыл своим телом дверной проем и поднял голову.

   - Что тебе нужно?! - громко спросил он. - Убирайся!

   - Мы с  вами знакомы!  -  крикнул я  в ответ с улыбкой.  -  Мы с вами
виделись позавчера, вы помните?!

   Глаз за  очками на таком расстоянии не было видно,  но я  чувствовал,
как  он  внимательно вглядывается -  и  не  только зрачками,  но  и  тем
зрением,  которое есть у  колдунов;  я  и  сам мог раскрыть в  себе этот
темно-лиловый  цветок  с  огнистой  сердцевиной,   но  не  смел  -  наши
проникающие  взгляды  могли  столкнуться  над  клумбами,   и  тогда  мне
останется уповать лишь на приемы отражения и быстроту ног - а Жасмин был
очень, очень силен.

   - А!   это  вы,  юноша,  -  выпуклые  красно-сизые  губы  Жасмина  из
сердито-брезгливой гримасы сложились в задушевную улыбку, - ну как же, я
помню! заходите, не смущайтесь, - дистанционный замок калитки щелкнул, и
рычаг, похожий на отломленную ногу огромного кузнечика, открыл мне путь.

   В  ограде было чисто,  как  в  операционной -  на  дорожках камешек к
камешку,  на  газонах травинка к  травинке,  цветы на  клумбах выглядели
восковыми,  как в том мертвом сне.  Пес -  голова его пришлась бы мне по
пояс - стоял как вкопанный, молча и враждебно разглядывая меня.

   - Добро пожаловать!  - Жасмин пропустил меня вперед себя в комнаты. -
Как вы нашли меня здесь, наяву?
   - С  трудом,  -  уклонился я от прямого ответа,  осматриваясь,  будто
котенок в  новом помещении;  дом  изнутри был светлым и  просторным,  но
каким-то  нежилым -  впечатление было такое