ка и радужный горчак наших вод - как и великое множество
других рыб, известных у нас по домашним аквариумам, - все они  расцвечи-
вают свои наряды лишь тогда, когда распаляются любовью или духом борьбы.
У многих из них окраску можно использовать как индикатор настроения - ив
каждый данный момент определять, в какой мере в них спорят за главенство
агрессивность, сексуальное возбуждение и стремление к бегству. Как исче-
зает радуга, едва лишь облако закроет солнце, так гаснет все великолепие
этих рыб, едва спадет возбуждение, бывшее  его  причиной,  либо  уступит
место страху, который тотчас облекает рыбу в  неприметный  маскировочный
цвет. Иными словами, у всех этих рыб окраска является средством  выраже-
ния и появляется лишь тогда, когда нужна. Соответственно, у них  у  всех
молодь, а часто и самки, окрашена в маскировочные цвета.
   Иначе у агрессивных коралловых рыб. Их великолепное одеяние настолько
постоянно, будто нарисовано на теле. И дело не в том, что они неспособны
к изменению цвета; почти все они доказывают такую способность, отходя ко
сну, когда надевают ночную рубашку, расцветка которой самым  разительным
образом отличается от дневной.
   Но в течение дня, пока рыбы бодрствуют и активны, они сохраняют  свои
яркие плакатные цвета любой ценой. Побежденный, который  старается  уйти
от преследователя отчаянными зигзагами, расцвечен точно так  же,  как  и
торжествующий победитель. Они спускают свои опознавательные видовые фла-
ги не чаще, чем английские боевые корабли в  морских  романах  Форстера.
Даже в транспортном контейнере - где, право же, приходится  несладко,  -
даже погибая от болезней, они демонстрируют не-
 
   1 Цихлиды.
   изменное красочное великолепие; и даже после  смерти  оно  долго  еще
сохраняется, хотя в конце концов и угасает.
   Кроме того, у типичных плакатно-окрашенных коралловых рыб  не  только
оба пола имеют одинаковую расцветку, но и совсем крошечные детеныши  не-
сут на себе кричаще-яркие краски, причем - что поразительно - очень