Штирлиц лежал на спине и слегка шевелил пальцами. Через час, посмотрев  на
часы, он вылез из воды. Зашел в  кабинку,  выжал  свои  семейные  трусы  и
причесался.
     Он  шел  по  пляжу,  насвистывая,  как  было  условлено  с   центром,
"Интернационал" и среди многих девушек  пытался  найти  русскую  радистку,
полагаясь на свою интуицию. Интуиция Штирлица никогда не подводила.
     Русская радистка стояла у пивного ларька в броско-красном  купальнике
со звездой на левой груди. В одной руке она держала газету "Правда",  а  в
другой - чемоданчик с рацией и ситцевое платье.
     Штирлиц три раза обошел вокруг пивного ларька. Слежки не было. Он  не
мог рисковать новым агентом.
     Радистка Штирлицу понравилась.
     - Вы не скажете, который час? - спросил он. Это был пароль.
     - Я оставила часы в Москве, - с готовностью ответила радистка.
     Штирлиц взял ее под руку, и они прогулялись по пляжу.
     - Загораем?
     Радистка кивнула.
     Они сплавали до буйков, позагорали, поговорили  о  погоде  в  Москве,
отослали радиограмму  в  центр  об  успешном  прибытии  радистки.  Штирлиц
рассказал ей пару скользких анекдотов. Она деликатно посмеялась, и Штирлиц
пригласил ее в ресторан.
     - Одну минутку, я только переоденусь.
     Штирлиц заехал домой и ровно через минуту вышел в черном, только  что
постиранном фраке. Этого с ним не случалось с 39-го года.
     Когда цивильный  Штирлиц  с  радисткой  зашли  в  ресторан,  по  залу
пронесся удивленный стон.
     На  полусогнутых  ногах  подскочил  развязный  официант  с  еврейской
физиономией.
     - Вам как всегда, господин  штандартенфюрер?  Графин  водки  и  банку
тушенки?
     Штирлиц наклонился к радистке:
     - Хочешь тушенки?
     Та отрицательно покачала головой.
     - Наглец, - вскипел Штирлиц, - ты что, скотина, не видишь,  что  я  с
дамой?
     Чтобы загладить свой промах, офицант подхалимски захихикал и  мерзким
голосом спросил:
     - У вас опять новенькая?
     - Да. Новенькая радистка, - сказал Штирлиц.