Сон прямо надо сказать, пророческий. Леонида Ильича
видел.
ПЕРВЫЙ ГОЛОС. Да ну?
ВТОРОЙ ГОЛОС. Вот тебе и ну. Говорит, смену надо  готовить.
ПЕРВЫЙ ГОЛОС. Какую смену?
ВТОРОЙ ГОЛОС. Предлагает перевести Политбюро на трехсменку.
ПЕРВЫЙ ГОЛОС.  Это  как же? Что же у нас теперь, три Политбюро бу-
дет?
ВТОРОЙ ГОЛОС. Да и три Политбюро,  и  три  Генеральных  секретаря.
ПЕРВЫЙ ГОЛОС. Где же мы столько  толковых  руководителей  наберем?
ВТОРОЙ  ГОЛОС. Я  о том же у него спросил.
ПЕРВЫЙ ГОЛОС. Ну  и  что он ответил?
ВТОРОЙ ГОЛОС. Говорит, молодым  дорогу  давать  надо.
ПЕРВЫЙ ГОЛОС. Что? Еще одну дорогу? Мы и так и БАМ дали. А где, не
сказал?
ВТОРОЙ ГОЛОС. Что где?
ПЕРВЫЙ ГОЛОС.  Где  новую дорогу молодежи давать будем, не сказал?
ВТОРОЙ ГОЛОС. Нет.
ПЕРВЫЙ ГОЛОС. Это плохо. Надо точно узнать.
ВТОРОЙ ГОЛОС.Хорошо,я уточню.спокойной ночи,крышку закрой,а то ду-
ет.
ПЕРВЫЙ ГОЛОС. Спокойной ночи. Закрою,  закрою  (закрывает  крышку,
перекрывает все краны). Чтоб не дуло. Я покажу тебе три  генераль-
ных  секретаря.
ГРОМЫКО. Ну что там?
МИХАИЛ. Ничего не вижу, тапочки Гришина всю панораму  перекрывают.
ПЕРВЫЙ ГОЛОС (поет) Мы одни, никто не узнает, пока светает,  члены
заходи.
ГРОМЫКО. Это условный сигнал. Можно заходить (заходят в реанимаци-
онную). Ну как, Виктор  Васильевич, дежурство  прошло?
ГРИЩИН. Плохо! Опять партия осиротела.
МИХАИЛ. Ушел  из жизни выдающийся деятель международного коммунис-
тического движения.
ГРОМЫКО. Как  осиротела?
ГРИШИН. Не приходя в сознание
СОЛОМЕНЦЕВ. А  с кем это вы тут разговаривали? Мне показалось, что
я слышал голос Константина Устиновича.
ГРИШИН. Когда кажется, крестится надо, Сергеич. Не  получилось  из
тебя Пифагора: и День Парижской богоматери  не  помог,  помер,  не
приходя в сознание.
МИХАИЛ. И я слышал!
ГРИШИН. Что ты слышал?
МИХАИЛ. Как  Константин Устинович меня в Генеральные рекомендовал.
ГРИШИН. Ты брешешь, Михаил.
ГРОМЫКО. Не  надо  грубить,  Виктор  Васильевич. Лично я ничего не
слышал, но  вот  Гейдар  Алиевич  очень  интересную