я вряд ли сойду.
   - Ну почему? - недовольно поморщился Фролов.  -  Мне  приходилось  не
только потомственных  допрашивать,  но  и  отпрысков  их  сиятельств.  В
большинстве своем невежественные ферты попадались...
   Красильников, внимательно оглядев Кольцова, добродушно  и  простовато
обронил:
   - Не сомневайся, по виду ты чистый беляк. Глянешь на тебя - рука сама
за наганом тянется...
   - Вот видишь! - весело подтвердил Фролов. - Ладно,  мы  еще  подумаем
над этим. А сейчас Семен Алексеевич отвезет тебя в Свяюшино на нашу  да-
чу. Поживешь там дня три, подумаешь, подготовишься. - Фролов  подошел  к
книжному шкафу, достал стопку книг: - Обязательно прочитай вот это:  ме-
муары контрразведчиков Семенова, Рачковского и Манасевича-Мануйлова. Ав-
торы-жандармы; дело в том, что контрразведка белых ничем  не  отличается
от третьего отделения царской охранки: те же методы и приемы, и работают
в ней те же бывшие жандармские офицеры. А вот это записки капитана Бена-
ра из второго бюро французской разведки.  Пройдоха,  нужно  сказать,  из
пройдох! А лихо описывает свои похождения в германском тылу.  Тут  много
ерунды, но некоторые наблюдения и аналитические суждения очень професси-
ональны. Обрати на них внимание.
   Кольцов взял книги и не удержался, спросил:
   - Петр Тимофеевич, а как собираешься  переправить  меня  через  линию
фронта?
   - Есть одна мысль. Через день-два скажу  окончательно...  Мы  тут,  в
Очеретино, засекли цепочку, по которой господ  офицеров  переправляют  к
Деникину. Отправим тебя и - прихлопнем эту лавочку.
 
 
   ГЛАВА ВТОРАЯ
 
   С наступлением густых сумерек, убаюканный шелестом старинных тополей,
городок засыпал. Вернее, это была видимость сна:  сквозь  щели  закрытых
наглухо ставен пробивался на улицу слабый, дремотный огонь коптилок, до-
носились приглушенные до опасливого шепота голоса, из сараев раздавалось
позднее мычание застоявшихся коров. Люди  проводили  ночи  в  тревожном,
настороженном забытьи, вскидываясь при каждом шуме или шор