когда она не вводит в свой исследования конечной причины.
И  наоборот,  умозрительная наука -- тогда только  наука  и  являет  величие
человеческого   ума,   когда    она   устраняет    совершенно    вопросы   о
последовательности  причинных явлений  и  рассматривает  человека только  по
отношению  к  конечной  причине. Такова в этой  области  наука, составляющая
полюс этой  полусферы, -- метафизика, или умозрительная философия. Наука эта
ясно ставит вопрос: что такое я и  весь мир? и зачем я и зачем весь мир? И с
тех  пор как она есть, она отвечает  всегда одинаково идеями ли, субстанцией
ли, духом ли, волею ли называет философ сущность жизни, находящуюся во мне и
во всЈм существующем, философ говорит одно, что эта  сущность есть  и что  я
есть та же  сущность;  но зачем она, он не знает,  и  не  отвечает,  если он
точный мыслитель. Я спрашиваю: Зачем быть этой сущности? Что выйдет из того,
что она есть и будет?... И философия не  только не  отвечает, а сама  только
это и спрашивает. И если она -- истинная философия, то  вся еЈ работа только
в том и состоит, чтоб ясно поставить этот вопрос. И если она твердо держится
своей задачи, то она и  не может  отвечать  иначе на вопрос:  "что такое я и
весь мир?"  --  "всЈ и ничто"; а на  вопрос:  "зачем существует мир  и зачем
существую  я?" --  "не  знаю". Так что, как я ни  верти  теми умозрительными
ответами философии,  я никак не получу ничего  похожего на ответ,  --  и  не
потому, что,  как  в  области  ясной,  опытной, ответ относится не до  моего
вопроса, а потому, что тут, хотя вся работа умственная направлена именно  на
мой вопрос, ответа  нет, и вместо  ответа получается тот же вопрос, только в
усложнЈнной форме.

VI

     В поисках  за ответами  на  вопрос  жизни я  испытал  совершенно то  же
чувство, которое испытывает заблудившийся в лесу человек.
     Вышел  на  поляну,   влез  на   дерево   и  увидал  ясно  беспредельные
пространства, но увидал, что дома там нет и не может быть; пошЈл  в чащу, во
мрак, и уви