гарных  ночей, а потом  становится  ровным  и
тихим чувством, основанным на взаимной заботе.
     Хотя  Анна  по-прежнему  грезила  ялтинским  берегом,  а   изредка   её
будоражили и прочие обозначения счастья, включая те, на которые ссылалась из
Марселя мать, - она заключила, что её настигла неотступная радость. От этого
ощущения Анна,  несмотря на скудость  средств, так располнела, что приобрела
журнал "Космополитан" с инструкцией для похудания.
     Богдан расстроился. Во-первых, он предпочитал её  в теле,  а во-вторых,
журнал  стоил  дорого. Она  призналась,  что её  прельстил  ещё  и рецепт по
отбеливанию зубов.
     Рецепт, однако, требовал дальнейших  затрат,  и Анна сосредоточилась на
инструкции.  Не  сработала  инструкция как раз по причине полноты счастья, о
чём свидетельствует хоть бы  то, что вместе с  ним Анна  Хмельницкая  - безо
всяких стараний - потеряла восемь килограмм.





12. Из доброты, которую рождает печаль


     Беда  накатилась на неё  позапрошлой осенью.  Так  же нечаянно,  как  и
первая волна счастья.
     Сперва, не оставив записки, повесился доцент Гусев.
     Не  предупредил даже.  Богдана это поразило больше, чем  Анну,  хотя на
предыдущей неделе в её присутствии отец, наоборот, швырнул в унитаз сигареты
и зарёкся не курить. Тогда  же  он просил её добыть ему в техникуме наиболее
обстоятельное жизнеописание позднего Гёте.
     С  усталости  на стройке Богдан спутал  этого поэта с царским министром
Витте - и выразил недоумение, ибо тот занимался  путями сообщения,  а Анна -
пищевым  хозяйством.  Впервые  после выхода  на  пенсию Гусев обхохотался  и
напомнил,  что  Гёте  был  не министр,  хотя тоже - зажиточный  и  уважаемый
человек. И тоже  немец, который родился на  территории, ставшей позже частью
бывшей ФРГ, но скончался в пункте, вошедшем в состав бывшей же ГДР. Главное,
впрочем, теперь уже в другом,  рассудил Гусев: Гёте долго  жил, ясно мыслил,
писал стихи и влюбился в пенсионном возрасте. В бывшую ученицу!
     Богдан всё  рав