ать я хотел на эту ферму  Берто.
Я ведь о ней подумывал только на худой конец. Скажу тебе,  Эмманюэль,  без
утайки: вот что бы мне хотелось заполучить, так это Мальвиль.
     - Мальвиль!
     - Да, - говорит дядя, - Мальвиль.
     - Да на кой черт он тебе сдался? - с искренним  изумлением  спрашиваю
я. - Там же ничего нет, кроме леса да развалин.
     - Эх, братец  ты  мой,  -  вздыхает  дядя,  -  видно,  придется  тебе
объяснить, что  же  такое  Мальвиль.  Прежде  всего  это  шестьдесят  пять
гектаров отличной земли, правда,  сейчас  она  поросла  лесом,  но  лес-то
молодой, ему не больше  пятидесяти  лет.  Мальвильэто  также  виноградник,
который давал лучшее в нашем  крае  вино  еще  во  времена  моего  папаши.
Виноград, конечно, придется сажать заново, но ведь  землято  -  какая  она
была, такая и осталась. А знаешь, какой в Мальвиле подвал, второго  такого
в Мальжаке не сыщешь: со сводчатыми потолками, прохладный и огромный,  как
внутренний двор  в  школе.  Кроме  того,  Мальвиль-это  крепостная  стена,
приладь к ней  навесы,  а  из  камня  -  его  там  хоть  завались,  и  уже
обтесанного, только изволь наклониться да поднять  -  строй  сколько  душе
угодно стойла да конюшни. И потом, Мальвиль здесь,  рядом,  рукой  подать,
одна лишь стена отделяет его от "Семи Буков". Можно  подумать,  -  добавил
он,  не  улавливая  всей  комичности  этих  слов,  -  что   замок   служит
продолжением фермы. Как будто когда-то он уже принадлежал ей.
     Наш разговор состоялся после ужина.  Дядя  сидел  боком  к  кухонному
столу, потягивал трубку, он распустил ремень, штаны чуть  сползли,  и  мне
виден был его впалый живот.
     Я смотрю на дядю, и он понимает, что я угадал его мысли.
     - Да ничего не попишешь, - говорит он. -  Запорол  я  такое  дело!  -
Новая затяжка табачком. - Разругался вдребезги с Гримо.
     - Кто такой Гримо?
     - Доверенное лицо графа. Пользуясь тем, что граф -  а  тот  постоянно
живет в Париже - полностью доверяет ему и без него шагу  не  шагнет,