- Да, если бы не трос - давно бы нам быть на дне моря.
     Командир как  будто не  слышал этих разговоров. По-видимому,  он и  сам
теперь  сознавал, что боцман  был прав,  и,  оторвавшись  от карты, взглянул
вперед. Перед ним, волнуясь, грозно расстилалось Охотское море,  с мглистыми
далями. Пускаться в  большое плавание  на протекающем боте было  рискованно.
Вода в нем, прибывая, скоро может соединиться с уровнем моря, и тогда - всем
конец. Трегубов, обращаясь к команде, мирно заговорил:
     -  Смотрел сейчас  по карте. На всем северном берегу острова Итуруп нет
ни одного заливчика, где бы можно нам было укрыться от ветра и отдохнуть. Да
и бот нужно починить.  Попробуем в Кунаширском  заливе свое  счастье. За это
время, может быть, погода улучшится.
     Обратно по  проливу бот понесся почти с попутным ветром. Весла были уже
не нужны. У людей  теперь была одна забота - борьба с течью. Кроме Леконцева
и  Кучеренко,  воду  начали  отливать еще  двое:  рулевой  Рекстен и  матрос
Кошелев.  Так плыли около двух  часов.  Северо-восточную оконечность острова
Итуруп огибали уже в темноте. Здесь расположена удобная  Медвежья бухта, где
можно  было  бы  переночевать.  Но,  приближаясь  к   ней,  моряки  заметили
сверкнувший огонь на берегу. Несомненно, это были японские рыбаки. Чтобы  не
попасть в  плен, бот прошел;  дальше и скрылся за выступом скалы. Защищенный
от ветра, он: остановился.  Командир приказал  направить его ближе к берегу,
но подойти к нему не  удалось  -  мешали подводные  камни.  Всю эту тихую  и
темную ночь по очереди отливали воду. С рассветом  24  июня все принялись за
ремонт бота, законопачивая пазы лоскутьями от одежды, сигнальными флажками и
носовыми платками.
     К  восьми  утра  борьба за  плавучесть  судна  была  закончена  -  течь
прекратилась.  Люди принялись  завтракать.  Вдруг  с северо-востока  набежал
шквал, надул парус,  бот выбрался  из-за прикрытия скалы и  направился на юг
вдоль острова Итуруп. Течи больше  не было.  Это  утешало