ше всего.
 Осторожный,   осмотрительный,   не   любящий  лишнего   риска  Констант
Домбровский сдался  только  на  следующий  день.  И  еще через  день  пришло
разрешение Центра со  всеми необходимыми  инструкциями "Директора".  К этому
времени Евгений успел уже хорошенько продумать свой план...

4. Скорпион жалит самого себя

 "Дора" - это  концлагерь, расположенный у  самого подножия мрачной горы
Конштайн, километрах в четырех от городка Нордхаузен.
 "Дора" - это сто пятьдесят бараков  основного концлагеря, через которые
прошли сто двадцать тысяч рабов, говорящих почти на двух десятках языков.
 "Дора" -  это  дьявольский  гипноз  страха, постоянный  гнет  несносной
тоски, неотступная как тень близость смерти.
 "Дора" - это сто двадцать тысяч "гехаймтрегер" - "носителей тайны".
 "Дора" - это большая тюрьма и крематорий с двумя мощными печами.
 "Дора"   -  это  кладбище  с  полуметровым  слоем  пепла  и  обугленных
человеческих костей. Тайна умерла с ними. Так думали гестаповцы.
 "Дора" -  это последнее, что видели десятки тысяч рабов  рейха,  прежде
чем навсегда исчезнуть в потемках горы Конштайн.
 Ночью,  вскоре после  отбоя,  на крытых соломой  нарах  третьего  яруса
собрались   подпольщики  концлагеря  "Дора   Миттельбау".  Вокруг  незаметно
разместились дозорные.
 - Товарищи! - тихо начал Старшой.  - Прежде всего  почтим память  наших
казненных подпольщиков минутой молчания. Вставать не надо - негде. Помянем и
сорок тысяч наших товарищей, которые уже погибли в подземном заводе...
 Помолчав,  чтобы  переводчики   успели  перевести   его  слова  немцам,
французам, полякам, чехам, Старшой прочистил горло и снова заговорил:
 - Друзья! Зверская расправа  наци над нашими братьями ни у кого  из нас
не вызывает удивления. Чуя свой конец, фашисты окончательно теряют голову от
страха  и сатанеют.  Доказательство  тому -  убийство  дочери короля  Италии
Виктора Эммануила  принцессы  Мафальды, жены  принца Филиппа  Гессенского, в
Бухенвальде.  Это,  конечно,  акт  мести  з