рода  войск;  многие
из них поняли, что в  наше  время  испытанные  принципы  действий  кавалерии
должны осуществляться новыми средствами.
     На  маневрах  1932  г.  в  последний  раз   присутствовал   престарелый
фельдмаршал Гинденбург. Я был поражен тем, с какой четкостью он отмечал  при
подведении \31\ итогов допущенные на маневрах ошибки. Говоря о  командовании
кавалерийским корпусом, Гинденбург заметил: "В войне залогом успеха является
простота замысла. Я был в штабе кавалерийского корпуса. То, что я там видел,
было далеко от этого". Он был совершенно прав.
     В  1933  г.  рейхсканцлером  был  назначен  Гитлер.  С  этого   времени
внутренняя и внешняя  политика  Германии  полностью  изменилась.  Впервые  я
увидел и услышал Гитлера в начале февраля на открытии автомобильной выставки
в Берлине.
     Необыкновенным был тот факт, что  сам  рейхсканцлер  открывал  выставку
вступительной речью. Его речь также в  значительной  степени  отличалась  от
речей министров или канцлеров, выступавших при аналогичных  обстоятельствах.
Гитлер сообщил в своей речи об  отмене  налога  на  автомобили  и  о  планах
строительства автострад и производства дешевых автомобилей.
     Что касается той области,  в  какой  я  работал,  то  в  ней  произошли
существенные изменения, вызванные  назначением  генерала  Бломберга  военным
министром и генерала Рейхенау начальником канцелярии министерства.  Оба  они
придерживались современных взглядов; в лице этих двух представителей высшего
командования я нашел, таким образом, людей,  полностью  понимавших  значение
бронетанковых войск. К этому следует добавить, что сам Гитлер также  проявил
большой интерес к  'вопросам  моторизации  армии  и  создания  бронетанковых
войск. Свидетельством  этого  явилось  приглашение,  полученное  мной  через
управление вооружения армии, продемонстрировать  в  течение  получаса  перед
рейхсканцлером в Куммерсдорфе  действия  подразделений  мотомеханизированных
войск. Я показал Гитлеру мотоциклетный взвод, пр