его  влиянием
эти мельчайшие частицы превращаются в свет и электричество. Материя, так
сказать,  сгорает,  с той разницей, что при этом всеуничтожающем горении
не получается дыма и газа, а происходит полное превращение веществ в ко-
лебания эфира. Колебания эти распространяются со скоростью в сотни тысяч
километров  в секунду.  Другими словами,  если бы зажечь радионитом этот
монастырь,  то его каменные стены унеслись бы в неизмеримое пространство
в  виде  ослепительных  потоков  света и через короткое время исчезли бы
между звездами, как замирающие волны на поверхности моря. Здесь на земле
не осталось бы ни одной пылинки, и только какой-нибудь астроном на отда-
ленной планете мог бы,  пожалуй, уловить голубоватое сияние, удаляющееся
от нашей планеты со скоростью в триста тысяч километров в секунду. Пони-
маете?  Я утвердительно кивнул головой. - Ну, так теперь вам должно быть
ясно,  что,  обладая такой страшной и разрушительной силой, я могу взор-
вать, сжечь, уничтожить весь земной шар! Человечеству придется выбирать:
или  оно станет совершенно разумным и справедливым,  или вместе со своей
планетой отправится во вселенную и погаснет в вечном мраке,  как  искры,
выброшенные ночью из дымохода.
    Варт заложил руки в карманы своего разорванного пиджака и смотрел на
меня с вызывающим видом, очевидно, ожидая возражений. Но я до такой сте-
пени был ошеломлен этой сумасшедшей идеей устроить мировой пожар, что не
находил слов для ответа.
    - И этот радионит действительно существует?  - спросил я наконец.  -
Спросите у Гула.
    Профессор, давно выказывавший признаки нетерпения, с неудовольствием
посмотрел на сумасбродного ученого.
    - Мне кажется,  что теперь поздно продолжать этот разговор, - сказал
он.  - Вы забываете,  Варт,  что существует еще и антирадионит,  которым
можно потушить тот пожар, который, я это знаю, вы решились бы зажечь.
    - Ваш антирадионит не вышел еще из лаборатории,  и мы только  теряем
время, ожидая его появления, - с раздражением ответил В