ер Этерингтон.
	- Я всегда считал ее хорошей женой, сэр.
	- Верная, послушная и бережливая.
	- Три качества, весьма существенные в нашей земной жизни.
	- Я не женюсь второй раз, сэр. Священник наклонил голову.
	- Да, другой такой жены мне не найти! Священник вновь наклонил голову, 
хотя на этот раз знак согласия сопровождался легкой усмешкой.
	- Во всяком случае, она оставила мне наследника.
	- И принесла с собой малую толику, которую он может унаследовать, - сухо 
заметил священник.
	Мой предок вопросительно взглянул на него, но, по-видимому, не уловил 
сарказма.
	- Я передаю ребенка на ваше попечение, мистер Этерингтон, в соответствии с 
предсмертной просьбой моей возлюбленной Бетси.
	- Я принимаю эту обязанность, мистер Голденкалф, в соответствии с 
обещанием, которое дал покойной. Но вы помните, что с этим обещанием было 
связано условие, которое должно быть выполнено точно и незамедлительно.
	Мой предок привык строго соблюдать кодекс торговой этики, по которому 
обман допускается только в особых случаях, предусмотренных особыми правилами 
чести, - своеобразная мораль, основанная больше на удобстве ее приверженцев, чем

на общем законе справедливости. Он уважал букву своего обещания, но жаждал 
уклониться от его духа. И его изворотливый ум уже деятельно искал способа 
осуществить это желание.
	- Конечно, я дал бедной Бетси обещание, - ответил он тоном человека, 
погруженного в раздумье, - и это обещание было дано при весьма торжественных 
обстоятельствах.
	- Обещания, данные умершим, связывают вдвойне. Уходя в мир иной, они как 
бы поручают надзор за выполнением обещаний тому высшему существу, которое не 
может лгать.
	Мой предок устрашился, дрожь пробежала по его телу, и он утратил 
решимость.
	- Но бедная Бетси оставила своим представителем в этом деле вас, - сказал 
он после долгого молчания, устремив на священника задумчивый взгляд.
	- В определенном смысле это безусловно так, сэр.
	- А представитель, облеченный полномочием, с точки зрения закона, это сам 
д