зали о нем 
ничего. Если мы обратим на него внимание, наше первое впечатление будет состоять

в том, что здесь можно о многом спросить и многое ответить, но все, что мы можем

сказать об этом, совершенно недостаточно. Это первое впечатление подтвердится, 
когда мы углубимся в проблему дальше: как хорошо известно, аналитическая 
ситуация состоит в том, что мы вступаем в союз с Эго человека, проходящего 
лечение, чтобы подчинить части его Ид, которые не контролируются им, то есть 
включить их в синтез его Эго. Тот факт, что это сотрудничество обычно не удается

в случае психотиков, позволяет нам найти первую твердую опору для рассуждений. 
Эго, если мы хотим заключить с ним такой союз, должно быть нормальным. Но 
нормальное Эго такого рода так же, как и нормальность в целом, является 
идеальным вымыслом. Аномальное Эго, которое не может служить нашим целям, к 
сожалению, вымыслом не является. Каждый нормальный человек на самом деле 
нормален лишь отчасти. Его Эго приближается в большей или меньшей степени к Эго 
психотика; степень его удаленности от одного полюса шкалы и его близости к 
другому обеспечивает нас временным средством измерения того, что мы так 
неопределенно назвали "искажениями Эго".

Если мы зададим вопрос, в чем источник такого огромного разнообразия видов и 
степеней искажений Это, нам не удастся избегнуть первой очевидной альтернативы, 
что эти отклонения или врожденные, или приобретенные. Вторые легче поддаются 
лечению. Если они являются приобретенными, то они, безусловно, были приобретены 
в ходе развития, начиная с первых лет жизни. Это должно с самого начала 
стараться выполнить свою задачу посредничества между Ид и внешним миром, 
обслуживая принцип удовольствия и защищая Ид от опасностей внешнего мира. Если в

ходе этой работы Эго научается занимать защитную позицию по отношению к 
собственному Ид и относиться к возникающим инстинктивным потребностям как к 
внешним опасностям, то это вызвано, по крайней мере, частично, пониманием, что 
удовле