и как маленький домашний 
воевода и никому не позволит считать свой смех глупым. 
- Если бы ты знала, зачем приехал сюда пан Сукальский... 
Стася была задета за живое и зажглась любопытством. 
- Если ты узнаешь, зачем здесь этот человек, так у тебя застучит сердце и начнут
зудеть 
пятки, - подливал Олесь масла в огонь. 
- Да говори же ты! 
- Налей-ка еще стакашку... Ой же и добрая вишневка! 
Стася не замедлила исполнить просьбу мужа, но не забыла и себя. 
Сжимая рюмку пальцами и глядя на мужа расширенными глазами, Стася готова была 
поймать на лету и проглотить каждое сказанное им слово. Но коварный Олесь,
смакуя 
настойку, не торопился. 
- Пан Сукальский - такая голова! Его брату, нашему ксендзу, надо на крышку
органа 
залезть, чтобы на эту голову плюнуть... 
- Ты что, полыни, что ли, наелся, такое мерзавство о нашем ксендзе говоришь! - 
возмутилась Стася. - Больше не получишь ни одного стаканчика... 
- Нет, пани Стаська! Ты мне нальешь еще несколько стаканчиков этой настойки! Вот
я 
тебе расскажу такое, что ты прилипнешь к спинке стула, на котором сидишь, как та
муха 
к бутылке. Прогони эту поганую муху ко всем дьяволам или убей ее, а то она мне
еще в 
стакан упадет... 
Стася покорилась и тут. Она знала, что если Олесь понюхал один стаканчик,
значит, надо 
налить другой. После третьего он начнет думать, что он все-таки пан, и немножко 
покуражится. Поэтому Стася решила терпеливо ждать и потрафлять всем его мелким 
капризам. Нацелившись на притаившуюся у горлышка бутылки муху, она слегка, как
ей 
казалось, шлепнула ладонью по стеклу бутылки. Бутылка с грохотом опрокинулась на
пол. 
Спавшая в соседней комнате Галина проснулась и подняла голову с подушки. 
- Ух и глупая ж ты баба! Даже мухи не можешь пришлепнуть, а туда же, лезешь с 
разговорами. Гляди, что наделала! 
На белых половиках разбрызгались красные капли вина, а на месте, где разбилась 
бутылка, образовалась порядочная лужа. 
- Все из-за твоей мухи! - вскочив со стула, крикнула Стася и принялась подбирать