иколаевичу Хромову, 
сказал Зубов, - есть у меня одно соображение. Конечно же, все кинутся на поиски,
правда, 
они ищут нашу лабораторию уже давно, но найти не могут. Ни о тебе, ни обо мне
никто 
ничего не знает.
     - А Санчуковский? - спросил Хромов и испытующе посмотрел на Зубова.
     - Матвей Фролович - могила. Он нахапал столько, что тут все спокойно. За
него не 
волнуйся.
     - Понятно. Продолжай.
     - Я думаю, надо сделать вот какой финт. Пусть ФСБэшники находят нашу 
лабораторию, пусть они ее захватят. Помогать мы им в этом не станем, но и
закрывать ее не 
надо. Лаборатория будет до последнего момента приносить нам деньги. Только
деньги эти 
надо будет использовать по-другому: не забирать себе, а разместить в банках.
Можно в 
наших, а можно в зарубежных. Надо соорудить эдакий лабиринт, - Зубов посмотрел
на 
хрустальную люстру под потолком и улыбнулся. - Пусть попадут в этот лабиринт,
пусть 
доберутся до документов. А вот документы мы сделаем какие надо. У тебя есть
враги?
     - Что ты спрашиваешь ерунду? - поморщился Хромов и его лицо выразило 
недоумение. - Конечно, есть!
     - Так вот, надо будет словчить, включив в списки наших врагов, чтобы на их
счета в 
зарубежных банках поступали деньги. И проставить суммы, предварительно положив
деньги 
в банк. И тогда наших врагов не станет. Их уберут.
     - Ну, ты и хитер! - восхищенно воскликнул Хромов, когда до него дошел смыл 
сказанного Зубовым. - Хитер, Федор Иванович...
     - Не был бы я таким хитрым, не сидел бы в своем кабинете, а продолжал бы
работать 
где-нибудь в Свердловской области.
     - Да-да... - задумчиво произнес Хромов, - так бы оно и было.
     - Но самое главное - никому ни слова. Об этом должны знать только ты, я и,
может 
быть, Санчуковский... - Зубов вопросительно посмотрел на своего гостя.
     - Поступай как знаешь. Главное, чтобы мы остались целы. И еще, - Хромов
прервал 
движение Федора Ивановича по комнате, - по поводу тебя сейчас ходят слухи...
     - Какие? Кто их распускает