он ей и противен, но она, отзывчивая и добрая баба, покормит и выпрет. Мол, 
поел разок - и будет.
       Я принялась хрюкать в рукав примерно со сцены появления братана, поэтому 
к концу повествования уже немного 
успокоилась. Дежурно поздравила Сергея с тем, что он не стал марать стерильных 
рук о падшее создание... - Сережа, ты 
скоро забудешь историю с неверной хитрушкой, - утешала я его.
       - Она не забудет, - засмеялся лейтенант. - Я кое-что уже выяснил. 
Оказалось, номер заплаченной мадам купюры 
внесен в компьютер три года назад. Так что ребята сейчас разбираются с грешным 
семейством.
       - Может, лучше бы ты ее поколотил? - вырвалось у меня.
       - Спасибо за сеанс, я воспрял, - серьезно поблагодарил меня Сергей. - Вот

умеешь ты мозги вправить, Поля.
       Пока я соображала, в чем, собственно, мое умение заключалось, лейтенант 
положил трубку и двинул дальше по 
своей жестокой милицейской стезе.
       - Он не мог в отместку ни подменить, ни подкинуть ей краденую купюру, - 
вслух утешила я себя. - Он 
измайловский, значит, не мог.
       И тоже воспряла.
       До пяти часов я провозилась с сыном Севой и только собралась чистить 
картошку, как неожиданно рано явился 
Измайлов. Обычно он вваливается, когда ребенок улыбается десятому сну. Но 
сегодня совещание на тему "У нас или у Вика 
включим ящик" было неизбежным. Полковник умиляет меня равноправной дружбой с 
Севкой. Он измучен, мог бы 
посмотреть футбол в одиночестве, а после пожелать спокойной ночи по телефону. 
Ух, как меня недавно бесили 
рассуждения типа: "Мне Коля и Вася сделали по предложению. Кольку я люблю, но 
Васька к моим близнецам тянется. 
Выбираю отца детям". Мне с трудом удавалось придушить вопль: "Дура!" Теперь я 
стала осторожнее в оценках: как 
женщина - дура, как мать - умница. Взрослею наконец-то. И вообще, если при двух 
детях двое женихов сватаются, то еще и 
третьего, и четвертого найдет... Нет, не взрослею. Но меня снова в сторону 
повело. Не успел Измайлов приложитьс