, как скажешь, — добродушно согласился Михал Потапыч.
     — В любом случае спасибо за помощь. Отбой связи.
     Вот так-то.  Вот вам и Аделаида Иларьевна. Вот вам и внучка.
Впрочем, а чего, собственно говоря, я ждал?
     Уютный двухэтажный домик,  стоящий на  улице  любвеобильного
маршала,  утопал в зелени,  и,  судя по всему,  с широкой террасы
второго этажа, предназначенной для неспешных чаепитий, открывался
прелестный вид на Старый город и  перечеркнутую золотыми крестами
соборов  вечернюю  зарю.   Гостеприимная  хозяйка  коттеджа,  уже
несколько   оправившаяся  от   «утреннего  потрясения»,   любезно
пригласила  следственную бригаду  в  дом.  Однако,  сославшись на
необходимость  уточнить  еще  кое-что,   я  временно  откланялся,
оставив Вадюню за  старшего.  Как  бы  то  ни  было,  ночи  летом
короткие,  светает рано, а стало быть, имело смысл поспрашивать у
соседей,   не   заметили  ли   они   случайно  утром  чего-нибудь
необычного.
     И  снова  выстрел  в  «молоко».  Сегодня,  как  и  вчера,  и
позавчера,  и  далее  в  глубь  веков,  все  тихо-чинно,  никаких
странностей. Свет в доме номер семь горел за полночь, но никто не
выезжал из  него и,  кажется,  не  выходил.  Утром в  округе тоже
ничего  подозрительного не  видели и  не  слышали.  Улочка тихая,
автомобили ездят редко и в основном свои. Нет, определенно, утром
никто не приезжал.
     Возвращаясь к  Аделаиде Иларьевне,  я  остановился у  киоска
купить  минералки.  Наверняка сейчас хозяйка предложит что-нибудь
выпить.  Отказываться неудобно,  а  соглашаться  при  открывшихся
обстоятельствах, пожалуй, не стоит. Лучше уж, сославшись, скажем,
на разыгравшийся гастрит,  заявить, что пьешь только минералку и,
совершенно случайно,  вот она с собой. Пока киоскерша отсчитывала
сдачу,  я  стоял,  созерцая ворота,  в  которые должен был войти,
стараясь продумать дальнейшую линию поведения.
     Не  прошло  и  суток  с  момента  появления моей  клиентки в
агентстве, а я уже достоверно знаю, что девушка на фот