фины. Играют 
обезьяны. Играют выдры. Играют все молодые млекопитающие. Барракуды стояли 
вокруг и смотрели, как детвора смотрит на строительство дома или замену кабеля;
но 
через час, почувствовав первые признаки голода, они умчались по своим делам.
   Жуткие ненасытные хищники глубин имеют незаслуженно дурную славу. Я 
слышал, как один человек похвалялся, что он честно занимался любительскими 
подводными изысканиями - в списанном с какого-то склада старом костюме. И вот 
однажды, в заливе Голливуда на него, мирного исследователя, напал ужасный, 
кровожадный осьминог с щупальцами чуть ли не девяти футов длиной. Чушь! 
Осьминоги милы и застенчивы. Пойманные врасплох, они подбирают все свои 
щупальца поближе к голове, рискуя в них запутаться и умереть от удушья и
медленно-
медленно удаляются от вас на безопасное расстояние. Но если сидеть тихонько и не

пугать их, вы можете увидеть тот же фильм, прокрученный наоборот.
   Когда погода испортилась, поднялся ветер и нагнал такие волны, что при каждом

погружении наш ялик грозил перевернуться, а если не перевернуться, то
отдрейфовать 
к берегу, мы решили устроить себе выходной. К тому же запасы наши истощились, и 
непогода была самым удачным поводом для экскурса на побережье. Тед, Джо и я были

рады нежданному перерыву и решили прогуляться, а Майер с Фрэнком остались на 
яхте, увлекшись шахматами. Накануне Майер, к своему изумлению, увидел, как 
Фрэнк, играя черными, разыгрывает вариант югославской защиты, о котором Майер 
до сих пор и не подозревал. Они вошли в азарт и на нас не обращали ни малейшего 
внимания.
   Мы убрали с ялика оборудование и направились к берегу, горя нетерпением 
увидеть чьи-нибудь лица и услышать чьи-нибудь голоса кроме наших собственных, 
уже поднадоевших.
   Джо немного знал эти места. Поэтому, повинуясь ему, мы направились в 
заведение, объединяющее в себе кемпинг, спортивную базу и рыбачий клуб. 
Называлось все это почему-то Клуб Пикадоров. Джо там приняли с истинно 
мексиканским восторгом, к