произнес за 
их спиной чей-то голос.
     Молодой человек резко обернулся и лишь теперь заметил, что к ним кто-то 
подошел. Впрочем, удивился не он один, ибо 
болтливый портной был поражен не меньше, а может быть, и больше моряков, за 
которыми он следил так пристально, что не 
заметил появления еще одного незнакомца.
     Незнакомцу было около сорока лет. Лицо его и одежда не могли не 
подстрекнуть и без того живое любопытство доброго 
портного. Он был худощав и хрупок, но, по всей видимости, исключительно ловок и 
даже силен, что казалось необычным, 
ибо рост его едва ли можно было назвать высоким. Кожа его когда-то, видимо, была

ослепительно белой, как у женщины, но 
он не казался изнеженным, ибо лицо его покрывал темно-красный загар, на фоне 
которого резко выделялись тонкие 
очертания орлиного носа. Светлые волосы ниспадали на лоб густыми, пышными, 
блестящими кудрями. Рот и подбородок 
были красивы и правильны, но губы кривила презрительная усмешка, а общие 
очертания рта и подбородка довольно 
явственно свидетельствовали о чувственной натуре. Голубые глаза, большие, но не 
навыкате, чаще всего глядели спокойно и 
даже мягко, но минутами дико блуждали по сторонам. На нем была высокая 
конусообразная шляпа, надетая слегка 
набекрень, что придавало ему несколько залихватский вид, светло-зеленый сюртук 
для верховой езды, лосины и высокие 
сапоги со шпорами. В руке он держал хлыст и в тот миг, когда его заметили, 
помахивал им с таким видом, словно не замечал 
удивления, вызванного его внезапным появлением.
     - Я говорю, сэр, вы, по-видимому, прекрасно разбираетесь в подобного рода 
вещах, - повторил он, когда ему надоело 
терпеливо выдерживать внимательный взгляд молодого моряка... - Вы говорите так, 
словно убеждены, что имеете право 
высказать свое мнение.
     - Разве вас удивляет, что человек, посвятивший всю свою жизнь одной 
профессии, не считает себя невеждой в этом деле?
     - Гм! Меня немного удивляет, когда человек, занимающийся, в сущности, 
реме