дящую от союзников, или это всего лишь плод воображения уязвленной 
совести канцлера.

Утренние лучи солнца скользнули по подоконнику и через секунду осветили кабинет 
Хельви. Прямо над столом, на стене висел большой парадный портрет Сури в юности.

Его Хельви распорядился привезти в Гору девяти драконов из Верхата. Долгие годы,

пока человек служил там наместником императора, он держал эту картину в своем 
рабочем кабинете. Канцлер взглянул на изображение хрупкой рыжеволосой красавицы 
с сапфировыми глазами и невольно улыбнулся. Нужно поздороваться с Сури, решил 
он.

Но вылезти из любимого кресла великий канцлер не успел. Потайная дверь неслышно 
открылась, и в кабинет вошел Базл. Строгая черная мантия, которую бывший лекарь 
и маг, а ныне - вице-канцлер империи не снимал, кажется, никогда, широкими 
складками ниспадала на пол, укрытый шкурами. Базл был, как всегда, бледен. 
Страшный шрам, рассеявший его щеку и лоб, напомнил Хельви о событиях почти 
двадцатилетней давности - ужасные раны маг получил в усыпальнице Ашух, когда 
сопровождал будущего наместника Западного края и великого канцлера в знаменитом 
теперь походе против Черного колдуна и его приспешников.

- Доброе утро, повелитель. Вижу, не много ты спал сегодня ночью. Решил 
переделать все государственные дела за час?

Базл усмехнулся, отчего его изуродованное лицо приобрело совершенно безумное 
выражение. Однако Хельви знал своего друга довольно долго, чтобы привыкнуть к 
этим гримасам. Ему доносили, что при дворе к любимчику великого канцлера 
отношение было неоднозначное. С одной стороны, Базл начал свою службу при 
императоре Раги Втором, отце Сури. Впрочем, личный маг и лекарь правителя едва 
ли играл в те времена существенную роль в столице - император был тогда еще бодр

и свеж и не слишком ценил целителей. После того как Базл отправился вместе с 
Хельви в поход в усыпальницу древней хозяйки и получил там раны, навсегда 
изуродовавшие его лицо, в Гору девяти драконов он больше не вернулся. Служил в