.  ?  Они не учли,  Дэниел,  что мое существо ? мое истинное существо! ?
разорвет их цепи и  выйдет перед смертью на волю...  У меня есть сын,  ?  вдруг
продолжил он.  И  сказал  это  так  просто,  как  будто  о  чем-то  само  собой
разумеющеемся.   ?  Его  зовут  Кларк.  Кларк  Брайтер.  Ему  скоро  исполнится
четырнадцать лет. Уже взрослый мальчик... 
           Он был теперь, кажется, совершенно трезв. Но выглядел ? хуже некуда.
Как  будто  опорожненная им  бутылка была  наполнена не  виски,  а  раствором с
болезнотворными микробами.
           ?  Как он появился на свет ?  отдельная история, и ее рассказывать у
меня нет ни времени,  ни сил.  Я  встретил его мать тогда,  когда только-только
начал выполнять программу этих тварей и  слонялся по свету.  Пока еще в  облике
капитана в отставке Томаса Брайтера.  Может быть, во мне оставалось пока что-то
человеческое, и поэтому я оказался способен полюбить... Мы прожили вместе всего
один  месяц,  я  уехал.  И  в  течение  двух  лет  возвращался  к  ней.  Всегда
возвращался...  А  она  всегда ждала.  Сначала одна,  потом  ?  вместе с  нашим
сыном...  А  потом ее  сбил автобус...  Такая глупая смерть.  Если бы вы знали,
какая это была нелепая смерть!
           Он больным и  почти безумным взором обвел зал,  в  стенах и  потолке
которого отражались искаженные лица посетителей и уродливые фигуры официантов.
           ?  Кривые рожи. Господи, везде одни кривые рожи! Иногда мне кажется,
что  я  не  один  такой ?  каждый встречный-поперечный выполняет программу этих
тварей.  Но это,  конечно,  не так.  Я знаю,  что на всей Земле нас, несчастных
окривевших, только пятнадцать человек. 
           ?  Томас... ? произнес я, не зная, чем могу помочь. Он повернулся ко
мне:
           ?  Это о н и  убили ее.  Она мешала выполнению программы.  И сбил ее
кто-то  из  моих  бывших  коллег,  из  тех  пятнадцати  ?  изуродованных  около
нейтронной звезды.  Или тех четверых,  которых я не чувствую. Если они все-таки
остались в живых...