в конторе его за глаза
называли "господин Гранде". Говорили, что Крафт женат на молодой красавице,
которую страшно ревновал. Три месяца назад от воспаления легких умер
Джонатан Корнелиус, дядя Питера, и юноше пришлось покинуть дом на площади
Смирения, принадлежавший общине евангельских христиан баптистов. Питер снял
комнату в центре Города, в десяти минутах ходьбы от конторы. После
окончания школы Питер целый год постигал науку юриспруденции на годичных
юридических курсах, где его и приметил господин Крафт. Старательность и
исполнительность юноши, сочетающиеся с живым умом, понравились нотариусу, и
он взял его к себе в контору на очень, правда, незначительную ставку. Но
Питеру на жизнь хватало: квартирная хозяйка, добрая душа, щадила тощий
кошелек молодого человека, а на газету, кофе и пару сандвичей у Питера
несколько шиллингов всегда имелось.
     Стоял октябрь. Холода еще не наступили, но веяние зимы уже
чувствовалось. Изредка по утрам появлялись "белые мухи", косяки перелетных
птиц тянулись к югу, многочисленные клены, которыми славился Город, горели
оранжево-красным огнем. Холодный северо-западный ветер иногда нагонял серые
тучи, и тогда моросил бесконечный колючий дождь, но чаще светило солнце,
неяркое уже и не дающее тепла, но все такое же прекрасное и так неожиданно
преобразующее мир.
     Питер сидел за столиком и не спеша пил кофе. Информация, полученная из
газет, не радовала его. Опять военное ведомство требует у правительства
увеличение расходов на серийное производство нового сверх-оружия, которое,
якобы, перевернет мир. Значит, снова повысят налоги, снова подскочат
цены... И так ни гроша в кармане, а тут... Эх, если бы еще и шеф платил
по-человечески!
     Сегодня утром Крафт вызвал его к себе в кабинет.
     - Садитесь, Селвин. У меня есть для вас одна работа, - сказал он и
достал из ящика письменного стола толстую папку с бумагами. - Если
выполните за неделю, получите... тридцать процентов к месячному заработку.
     - Я слушаю, сэр, - сказал Питер,