и, чувствуя себя сообщниками, слушали дискуссию офисных 
пролетариев о том, делал ли себе недавно некий телеведущий косметическую 
операцию или это враки.

- Слушай, Маргарет, - сказал я. - Спорим, ты не сможешь назвать ни одного 
человека за всю историю человечества, на чьей славе никто бы не заработал денег.

Она не поняла, и я стал развивать мою идею. Я сказал ей, что в этом мире никто 
не становится - просто физически не может стать - известным без того, чтобы 
масса людей не нажила на этом кучу денег. Несколько опешив от моего цинизма, она

приняла честный бой.

- Ты чересчур суров, Дег. А как же Авраам Линкольн?

- Не годится. Дело было исключительно в рабстве и в земле. Там крутилась бездна 
денег.

Тогда она говорит: "Леонардо да Винчи", а я отвечаю, что он был бизнесменом, 
вроде Шекспира или всех прочих корифеев, работал только на заказ, и, хуже того, 
его изобретениями пользовались военные.

- Знаешь, Дег, это самый дурацкий спор из всех, что мне приходилось вести, - 
вскипает она, не зная, что сказать. - Человек запросто может прославиться, 
никого этим не обогащая.

- Тогда назови хоть одного.

Я видел, что мысли Маргарет мечутся, она менялась в лице, сам же я налился само-

довольством, отлично зная, что все остальные в кафетерии прислушиваются к нашему

разговору. Я вновь был парнем в бейсбольной кепке, едущим в машине с откидным 
верхом, торчащим от собственных талантов и считающим, что за всеми человеческими

устремлениями стоят корысть и низость. Вот каким я был.

- Ну хорошо, ты выиграл, - говорит она, уступая мне эту пиррову победу; я был 
уже на полпути к выходу со своим кофе (вновь Безупречный-Хоть-И-Нагловатый-
Молодой-Человек), когда услышал из дальнего угла кафетерия голосок, произнесший:

"Анна Франк".

- М-да.



СИНДРОМ ВОЛШЕБНИКА ИЗУМРУДНОГО ГОРОДА:неспособность работы дорасти до запросов 
работника.

ТЕМНЫЙ ЛЕС ВЛАСТИ:потаенная иерархия служащих офиса. Для нее характерна крайняя 
расплывчатость, не- сводимость к четким схемам.



Я раз