дто его и в природе не было, и  вдруг  до
обоих это дошло; они посмотрели на старика и смутились.
     Он откашлялся.
     - Слишком стар я, чтобы работать, это верно. Я  пришел  туда,  где
родился.
     - Ты родился не здесь, - возразил Карл.
     - Не здесь. В глинобитной хижине за холмом. Раньше,  до  вас,  все
это было одно ранчо.
     - В доме из глины, который весь рассыпался?
     - Да. И я там родился, и мой отец. Я останусь здесь, на ранчо.
     - Говорю тебе, не останешься, -  рассердился  Карл.  -  Какая  мне
польза от старика? Ферма у меня не бог  весть  какая  большая.  Кормить
старика да оплачивать счета доктору - это мне не по карману. Должны  же
у тебя быть родственники, друзья. К ним и иди.  А  то  пришел  к  чужим
людям, будто нищий.
     - Я здесь родился, - терпеливо и неколебимо сказал Гитано.
     Карл Тифлин не любил быть жестоким, но тут понял -  без  этого  не
обойтись.
     - Сегодня можешь у нас поесть, -  распорядился  он.  -  Поспишь  в
старом сарае. Наутро  покормим  тебя  завтраком,  а  дальше  иди  своей
дорогой. К друзьям. А умирать у чужих людей - это не дело.
     Гитано напялил черную шляпу, наклонился за мешком.
     - Это мои пожитки, - объяснил он.
     Карл отвернулся.
     - Пошли, Билли, надо доделать дела в коровнике. Джоди, отведи  его
в сарай, в комнатку.
     Отец и Билли пошли к коровнику. Миссис  Тифлин  вернулась  в  дом,
бросив через плечо:
     - Сейчас дам одеяла.
     Гитано вопросительно посмотрел на Джоди.
     - Идите за мной, - сказал мальчик.
     В комнатке стояла койка с трухлявым матрасом,  кресло-качалка  без
спинки, да ящик из-под яблок,  а  в  нем  -  фонарь  из  жести.  Гитано
осторожно опустил мешок на пол и сел на кровать. Джоди маялся у  двери,
не зная, уходить или нет. Наконец, спросил:
     - Вы спустились с больших гор?
     Гитано медленно покачал головой.
     - Нет. Я работал в долине Салинас.
     Прежние мысли все не оставляли Джоди.
     - А в тех больших горах вы когда-нибудь бывали?