воримся,  какое  время
нам лучше подходит для  встреч,  а  потом  сообразим  чего-нибудь  поесть.
Начать работать мы сможем со следующего раза. Хорошо?
     Мы разместились в гостиной, и, хотя не было никаких  сомнений  -  кто
есть кто среди нас троих, все друг другу церемонно представились.
     - Да, по-моему, я встречал обоих твоих родителей,  Джимми,  -  сказал
мистер Мбеле. - И, разумеется, знал твоего деда. Но мне интересно, что  ты
думаешь по поводу своей специализации?
     Джимми отвел взгляд.
     - Я еще не решил.
     - Ну, а какие у тебя планы?
     Джимми долго молчал, а потом тихим, неуверенным голосом произнес:
     - Я хотел бы стать ординологом.
     Если  представить  известный  нам  мир  как  огромную  многокомнатную
квартиру, населенную множеством невероятно занятых, невероятно  рассеянных
близоруких людей, которые все до одного - эксцентричные затворники,  тогда
ординолог - это человек, который периодически заходит и убирает за каждым.
Он поднимает валяющиеся по всей комнате книги и ставит  их  туда,  где  им
полагается быть, он  исправляет  и  чинит,  выбрасывает  барахло,  которое
затворники хранят и жалеют, но никогда не используют. А потом  он  наводит
на комнату лоск, чтобы и другие люди могли  посещать  ее,  пока  он  занят
уборкой соседней такой же комнаты. Ординолог  примерно  так  же  похож  на
женщину среднего возраста, которая выдает книги в  библиотеке  Куода,  как
один из наших оргтехников похож на первобытного фермера-грязееда. Впрочем,
с некоторой натяжкой его можно назвать и библиотекарем.
     Синтезатор, которым хотела стать  я,  -  другое  дело.  Это  человек,
который, входя  и  восхищаясь  аккуратно  прибранной  комнатой,  отмечает,
однако, что и в соседней комнате кое-какие предметы из здешней  обстановки
выглядели бы очень мило и даже - они были бы там полезны. Без  ординологов
синтезатор не мог бы работать вообще, но и  без  синтезаторов  ординологам
тоже не имело смысла браться за работу,  потому  что  никому  не  было