который прошел вместе с Лахланом не один бой.
     Маделон Ник-Эйслин Эслиннская послала своего синалара, герцога Глениглза, а

Малкольм Мак-Бренн, правитель Равеншо, приехал вместе с сыном Дугаллом и сворой 
псов всевозможных пород, цветов и размеров. Прионнса Равеншо был уже очень 
пожилым, худой согбенный старик с растрепанной седой шевелюрой и роскошной белой

бородой, достававшей до его споррана. Он был одет, как на парад, в килт, плед,
сколотый 
брошью клана, черный бархатный камзол с белоснежным галстуком, а из-за голенища 
сапога у него торчал сан-до. Хотя он неизменно оказывался первым, кто слышал
шаги 
слуг, подносящих вино, каждый раз, когда кто-то просил его отослать тявкающих и 
рычащих собак на псарню, он прикладывал ладонь к уху и кричал:
     - А? Говорите громче, молодой человек, я вас что-то не расслышу.
     Из всех присутствующих самым громогласным был Линли Мак-Синн. Он так долго 
мечтал о том, как двинется на Карриг со всем Эйлиананом за спиной, что теперь,
когда это 
должно было вот-вот произойти, он впал в состояние возбужденного нетерпения, 
наполовину ликующего, наполовину недоверчивого.
     - Линли, я знаю, что тебе не терпится выступить, но прежде чем выезжать, мы

действительно должны решить, что каждый из нас будет делать, - раздраженно 
обратился к нему Лахлан. - Пожалуйста, давай подумаем, как нам победить фэйргов.
Где 
и когда лучше всего напасть на них? Как мы будем сражаться с ними? Будем строить

новые корабли или же попытаемся сражаться с ними на суше? Эти вопросы должны
быть 
решены еще до того, как мы даже задумаемся над тем, чтобы выступить в поход!
     По всему залу с новой силой разгорелись споры. С тех пор, как фэйрги
изгнали клан 
Мак-Синнов из Каррига и начали набеги на побережье Эйлианана, никакого 
согласованного отпора им дано не было. Жители каждой рыбачьей деревушки и 
портового города защищали себя так, как считали нужным, или просто собирали свои

вещи и обращались в бегство при первых же замеченных на горизонт