ического подразделения просто не мог поверить своим ушам. Он 
сбивчиво, торопливо заговорил:
     - Я не говорю об этике... этого, э-э... да и вообще - какого черта, мистер?
У вас еще 
хватает наглости звонить мне и вот так просто выкладывать...
     Человек на другом конце уже раскалившегося от напряжения провода только
испустил 
короткий смешок в ответ на вспышку Постума. Полицейский умолк и беспомощно
посмотрел 
на сержанта. Усилием воли он все же взял себя в руки.
     - Вы, видимо, воображаете себя Робин Гудом, но у нас, в полиции, свое
мнение на сей 
счет - вы об этом знаете? - спокойно сказал он самому разыскиваемому человеку в 
Америке. - Это вы разбомбили особняк Джиамбы около часа назад?
     - Я. Всего лишь парочка петард, и я получил, что хотел.
     - Ага, ну да. И чего еще вы хотите, Болан?
     - Двадцать четыре часа.
     - Что это значит? Зачем вам еще двадцать четыре часа?
     - Чтобы в течение этого времени полиция сотрудничала со мной.
     - Опять двадцать пять! Парень, да у тебя не все дома!
     - Возможно, - ответил Болан с печальным вздохом. - Но я все еще надеюсь. 
Послушайте, Постум, я позвонил вам, поскольку мне сказали, что вы честный и
умный 
полицейский. И вы уже вовлечены в тактическую игру, так почему бы вам не
заняться 
тактикой? Пусть разразится война. Попробуйте посмотреть на все это с другой
точки зрения. 
Вы даете мне 24 часа. Разгорается война и вся дрянь, скрывавшаяся в темных
норах, выползает 
на свет божий. Я вмешиваюсь и помогаю каждой стороне как можно быстрее и
успешнее 
отправить возможно большее количество бойцов другой стороны на тот свет. И
завтра утром, в 
это самое время я покидаю город, оставляя от Синдиката и от коррумпированных
политиков 
лишь жалкие ошметки, которые даже в тюрьму сажать не имеет смысла.
     - Это безумие, вы не можете не понимать последствий такой войны. Я не могу
пойти 
на...
     - Знаю, что не можете. - Болан коротко рассмеялся, и Постуму показалось,
будто кубик 
льда упал на дно глубокого