звернули коней. На лицах обоих отчетливо 
проступало 
выражение кровожадности и жестокости. Внезапно мужчина, лежавший в пыли, 
поднялся, 
пошатываясь, кровь струилась по его лицу и безвольно повисшей руке. Несмотря на 
раны, он снова 
бесстрашно взмахнул мечом.
     Ка-дих, ведь это же настоящий воин! Элири не раздумывала ни секунды. Народ,

к которому она 
принадлежала, всегда ценил мужество превыше других достоинств. Схватив сухой 
прут, она с громким 
треском сломала его. Оба всадника среагировали мгновенно. Они разъехались, 
повернувшись в разные 
стороны, чтобы лицом к лицу встретить опасность, откуда бы она ни исходила. 
Опытные, решила про 
себя девушка. Но, похоже, другого оружия, кроме мечей, у них не было. Ни ружей, 
ни даже луков. В 
улыбке Элири таилась угроза, когда она зашуршала кустами вокруг себя, стараясь 
создать впечатление, 
что в страхе бросилась наутек.
     Как все хищники, они не могли не среагировать на убегающую добычу и, 
развернув коней, 
ринулись в погоню. Рванулись вперед, явно не сомневаясь в том, что нет силы, 
способной помешать им 
догнать убегающего. Но Элири и не думала бежать. Вместо этого она просто отошла 
в сторону, и 
всадники в нескольких ярдах перед ней промчались по направлению к кустам. Лук 
дважды пропел 
неясную песнь смерти, оба с воплями упали. Первый больше не шевелился, второй 
попытался встать на 
ноги, но снова упал. Чувствовалось, что он сильно ранен, но все еще жив.
     И тут в поле зрения показался человек, с которым прежде сражались всадники.

Девушка, теперь 
уже не прячась, прыгнула вперед, с ножом в руке, готовая в любой момент отвлечь 
на себя внимание 
уцелевшего бандита. Однако делать этого не пришлось. Тот, кому она пришла на 
помощь, с криком 
прыгнул, взмахнул мечом, и последний из нападавших рухнул замертво. Человек с 
мечом оглянулся, и 
Элири с трудом сдержалась, чтобы не вскрикнуть от изумления, только сейчас в 
первый раз отчетливо 
разглядев его лицо. Он был очень похож на Фара Трейвелера. Ста